Чтож, в последние три дня я увидел значительную часть России, и должен вам доложить, други мои, что общество наше, равно как и многое, что его окружает, находится в глубокой, темной коричневой норе. .. Но – обо всем по порядку. Поразительность первая: поезд из Якутии.
Я загрузился в вагон отходящего от нашего города поезда ранним утром, когда еще не рассвело. Сонные проводницы постбальзаковского возраста, сверившись с паспортом как положено, отверзли чрево темного пространства, посоветовав вести себя тихо, потому что все внутри спят… В вагоне оказалось темно. СОВСЕМ темно. Исключение составляли только тамбура. На недоуменные вопросы пассажиров они ответили, мол, генераторы не работают, поэтому света во время стоянок не будет, ибо весь накопленный ток идет на отопление. Тут уж приходится выбирать. Выбирать, знамо, при тридцатиградусном морозе не приходится, посему приходится иметь то, что имеем, рассудил я философски, и, пойдя в тамбур покурить, словил первую хохму: на стене курительного помещения висел листок с надписью: «Что бы вы изменили в работе железной дороги?» , дополненной телефоном горячей линии. Не позвонил. Хрен с ними, все равно ехать придется абы как, и никто ничего ремонтировать не помчится, и вагон не заменят…
Поразительность вторая: старики и молодой узбек.
В соседнем со мною отсеке ехали два старика, полдороги потратившие на разговоры о политике и экстремистские высказывания. Я прислушивался к их словам, не влезая в беседу, хотелось послушать, к чему они придут. Говорили о разном: о плохих дорогах, о «чурках», ведущих себя в своих городах экстремистски по отношению к русским, о Путине, о депутатах, рвущимся к власти именно на два срока из-за высоких пенсий, а чуть поодаль от них, в следующем отсеке сидел молодой узбек, лет двадцати от роду. На лице его читалась какая-то грусть и страх, и я, всякий раз проходя мимо него за чаем, пытался понять, че он такой мутный? Потом понял: старики поглядывали на него и периодически перемывали ему кости, вслух рассуждая о гастарбайтерах. Окончательня причина его замешательства выяснилась потом: перед одной большой станцией я накинул куртку, и на секунду замешкаля. «В магазин?» - Спросил он «Ну, в магазин, - ответил я». Он тут же резко сквозанул за мной. Мы вылезли из поезда вместе, и он пошагал рядом со мною, не отставая ни на шаг. «Ща докопается, - подумал я – как пить дать.» Чтобы все обошлось без ментов, решил, в случае чего, пообщаться в сортире, - спокойнее, и лишних глаз нет. « В магазин?» – Переспросил меня мой неотвязчивый спутник, видя, что я прохожу мимо. « В магазин, в магазин!» - Я засмеялся. В сортир заскочим, а потом сразу в магазин!» В туалет я запустил его первым, но ничего предпринимать не стал. Отлил. Он сделал то же. И вышел вперед меня. Я вышел следом, удивившись. Обычно человек, имеющий претензии, лучшего места не ищет. Я пошел к магазину. Он пошел рядом. Мы зашли в маленький перонный павильончик и встали в очередь. «…ец!» - сказал мой спутник. «Че?» «Если поезд опоздаем, …ец будет!» И только тут меня осенило. «Не боись, не опоздаем!» - Утешил я его. «Прорвемся, че, первый раз что ли?» «Ага, - ответил он». Короче говоря, во время стояния в очереди выяснилось, что едет на поезде он в первый раз, возвращается из гостей, куда его привезли самолетом, и, как я рассудил, жестко боится остаться в чужой холодной стране.. . Я проконтролировал, чтобы он скупился, и, отойдя от магазинчика, глядел, как он бегом летит в вагон. А ведь мог бы и приварить чем-нить по башне, - подумалось мне. Я даже посмеялся над собой, представляя себя в идиотской ситуации: человек искал защиты, а я его… Поразили его глаза. Они были добрыми. Жаль, не довелось пообщаться, - работы с бумажками было много… Я пообещал себе пить успокоительное. Вернусь – обязательно займусь нервами.
Пишу на скорую руку. Появится связь - накропаю еще. Пишите пока отзывы...
>Чтож, в последние три дня я увидел значительную часть России, и должен вам доложить, други мои, что общество наше, равно как и многое, что его окружает, находится в глубокой, темной коричневой норе. .. >Но – обо всем по порядку.
Выход в народ. под вид-Путешествие из Петербурга в Москву.
че-то вроде. Это еще не конец. Заряжу телефон (если это получится, напишу еще много интересного.) Пока рядом со мной бухает толпа бурятов. Зрелище то еще.
Я полстраны вдоль и впоперк на машине изъездил... Это вообще прикольно. Лет 20 назад собирался даже роман написать, а щас забыл о чем. Щас дальше 500 км от дому не отъезжаю, возраст мешает
03.02.2012 в 23:44
Мальчик, которого на пасеке укусила коза, перестал верить в логику
Слева (это не там, где сидели старые экстремисты), а в другом отсеке сидела …. Как бы это получше выразиться…. Нефиговая самка. Я всегда смотрю в первую очередь на ноги, и, разглядев её получше, я даже ненадолго пожалел, что женат…. Ноги, обтянутые черными брюками, выглядели изумительно… Плюс к этому правильный каблук… Впрочем, я отвлекся. Где-то ближе к обеду где-то в глубинах вагона проснулась разудалая компания каких-то молодцов, представитель которой не замедлил к ней подкатить. Я заинтригованно смотрел на все навороты этой телочки, и на типа в ватных штанах, засекая, через какое время она его отошьет, однако, напротив, не отшила, и через час-полтора разговоров о самом разном, парочка удалилась в упомянутые мной глубины, где беседа приобрела алкогольный окрас. Короче говоря, о соске я на время забыл, предаваясь другим приключениям и работе, вспомнил, что она была, только ночью, когда проснулся от желания вылить из себя дневной чай… Парочка тихо болтала о своем, что-то обсуждала, впрочем, я не сильно прислушивался, а вот когда парень натянул вдоль всей боковушки одеяло, я уже удивился… Впрочем, начали они не сразу, нет, она упиралась, что-то придумывала (естественно, я себя не выдавал), потом, когда поезд разогнался и стал шуметь, как несмазанная телега, я услышал… Нет, никто не орал и не стонал – они держались как могли, но старый сложенный стол скрипел, а усиленное дыхание за импровизированной ширмой выдавало парочку с головой… Я едва сдерживал себя, чтобы не заржать – Сука!!! Во мне клокотали противоречащие друг другу чувства – с одной стороны, было смешно, с другой – я негодовал насчет этих извращенцев, играющих в любовь, с третьей – смущался, с четвертой – завидовал этому перцу. С какой шваброй, как мастерски, как профессионально!!! Мне даже хотелось сорвать покрывало и пожать его (наверняка испачканную) руку. И дать в рожу после этого. Гребанные животные! Трахаются где только могут! Бухают, дуют, ни в грош не ставят ничто. Как их земля носит?
С утра телка проснулась как ни в чем не бывало, (без косметики она оказалась не первой свежести), навела красоту, и на какой-то станции вышла. А вскоре её место заняла еще одна удивительность –
Китайцы ворвались в вагон так, как им и положено: с сумками, шумом и непонятными причитаниями. Толпа провожающих осталась на перроне, так как всех проводник внутрь не пропустил. Саранча принялась за свои китайские дела сразу. Они в неимоверном количестве поглощали свою лапшу и и чай, громко разговаривали на своем языке, чем, видимо, и привлекли внимание вездесущих сердобольных тетек, попытавшихся вывести одного из СамТыПеней на разговор. Разговаривал он немного, говорил лаконично, и, самое главное, информативно – даже по-русски у них это получается очень хорошо. Тетки расспрашивали невзрачного мужичонку о его жизни, о том, чем он занимается в России, чем планирует заниматься дальше, и, в чем ценность русских баб – раскололи орешек, невзначай заведя разговор о детях в Китае. - У вас же нельзя иметь двоих детей? – спросили они китаезу. - Двоих можно, если только прошло несколько лет. - Что у вас там будет за троих? Расстреляют? Кастрируют? Китаеза засмеялся. - Будет штраф. – И назвал сумму в юанях. Впрочем, прикинув в уме, я пришел к выводу, что это не более 40 000 русскими. - А вот ваши приезжают сюда и здесь рожают, а как дальше быть? Как обратно повезут? - Никак – пожал плечами китаец. – Пусть здесь растут… Меня подмывало задать ему вопрос: А на каком языке будут разговаривать твои дети, во что верить, чему учиться? Но тетки не придали значения моему порыву, и я, не спросил у него ничего – только подумал: Вот здесь сидит неломаемый маленький человек, который в ипринципе не бухает, жрет лапшу, может много и тяжело работать, зная, что заработает на все, на что хочет, а вот там, в глубинах вагона, сидит громко ржущая компания русских мужиков, которая жрет водку, пропивает, пожалуй, уже третью китайскую месячную зарплату за второй день, и ни один из них тяжело работать не будет в принципе. Как и не будет питаться лапшой. И будет трахать всё, что шевелится во всех углах. А потом они будут жаловаться на бедность, на то, что невозможно растить детей, будут заставлять женщин делать аборты и деградировать. И кто выживет в итоге? Это и есть п…ц.
>это возмущенные русские националисты >Держите плюс от меня
Чем возмущаться-то? Я больше от вас возмущения ждал... Приключения на этом, кстати, еще не окончились - это только дорога водин конец... Напишу и про Иркутск, и про парочку из средней азии, и еще кое- о чем... Я еще в поезде... Приключения не закончились...
Разбуженные города больших размеров похожи на муравейники. Только не тихие, какими их видим мы, а огромные и шумные. Попадая в такое место, чувствуешь себя именно муравьем, попавшим в улей к таким же. Слава Богу, не впервые, и я, включив весь свой опыт общения с бетонными джунглями, устремился в их глубь, игнорируя предложения многочисленных таксистов доехать «Быстро и дешево». Моей задачей был аэропорт. И как прорываться туда – я уже знал, не зная дороги… Самая простая мулька в этих случаях – простая вокзальная буфетчица. Стоит только игриво назвать её барышней, и о городе можно узнать все, а иногда и переночевать на халяву… Ну да ночевать я не собирался, да и буфетчица оказалась не барышней и даже не леди… Все же она с удовольствием рассказала, где стоят маршрутки, и как туда дойти. Вдох, рывок через любопытные взгляды местных таксистов (дубленка и норковая шапка всегда заставляют их облизываться), и вот я на привокзальной площади, чешу на всех парусах туда, куда мне показали. Можно сказать пру напролом. Но… Что такое? Мужичонка, небритый дня три, в бушлате, по виду полный колхоз, смотрит на меня. - Давай подвезу дешево, а? - Мне нужно в аэропорт. Дешево –это сколько? - Триста пятьдесят возьму. - За километр, что ли? - Ну, поехали, брат? Заодно и мне поможешь… Я на всякий случай нащупал в кармане кастет, с которым намеревался расстаться в аэропорту. - Учти, доплаты не будет!!! Как выяснилось минутой позже, доплаты и не требовалось. Дедок посадил меня в такую угроханную двойку 78 года выпуска, что она казалась фиатом, доживи он до наших дней.
По дороге выяснилось, что мужика зовут Володя, что живет он в деревне рядом с городом, что зарабатывает мало, и что часто его пытаются гонять местные таксеры. Узнав, откуда я приехал, он сказал, что пытался устроиться работать на север, но что-то нет ответа, и попросил меня, по приезде домой, поговорить с местными фирмами и дать рекомендацию. Чем-то он меня разжалобил, то ли громодрыном своим зеленым, то ли видом колхозным, но я согласился. Попутно, разговаривая с Володей, я позвонил своему начальству и узнал пренеприятнейшую новость: московское руководство отказалось вести со мной собеседование, сославшись на маленькие результаты работы, и что мне надлежит в аэропорту сдавать билеты и возвращаться, поэтому мой любимый телефончик, от избытка чувств … Вобщем, сенсор у него треснул.
Узнав эту новость, Володя сочувственно мотнул головой. - Тебя там, может, подождать немного, и обратно поедем? Или хошь – ко мне мотнем, в деревню, к бабам? - Если не торопишься, подожди, - согласился я, но это не быстро. Видимо, у Володи жизнь совсем не малина, раз он прождал меня у аэропорта целый час. Мы тронулись обратно, но до того, бегая по аэропорту, я узрел в витрине одного из ларьков телейфон «нокиа 6303». Почему «телейфон»? Потому что именно телейфоном он и оказался, и я купил его быстро, на бегу, отдав за него 2000, не взглянув ни внутрь, ни на камеру. А оказался он напрочь китайским, громким, и совершенно без браузера. Это потом, узнав, что мой поезд придет только завтра, я буду бесцельно шляться по вокзалу привокзальным территориям, и напорюсь на не один ларек с нормальными телефонами, а пока я, швырнув его в карман, несся на вокзал, разглагольствуя с Володей о жизни. Вобщем расстались мы с Володей, обменявшись телефонами, я обещал позвонить, и поперся внутрь вокзала покупать билеты. Заодно подумалось мне, что странно как-то: вот я приехал в чужой город, напоролся на человека, который будет ждать звонка от меня, которому, быть может, я смогу помочь. Так ли происходят в нашей жизни случайности, меняющие нашу жизнь? Ведь три часа назад я не знал Володю, а теперь он приглашает меня отдохнуть на Байкал, половить омуля? Однако, сложная эта вещь – судьба, думал я, грызя самсу в гостиничном номере. Получается, что в Иркутск я приперся лишь затем, чтобы познакомится с Володей и купить телефон… Чем-то это закончится…. Наверняка….
04.02.2012 в 12:20
Да и ладно - все равно туда никто не заходил....
Нарушение
(ATALEF) Порядок стоит на дисциплине..
Сообщений: 4243
Плюс
04.02.2012 в 18:55
Горе тому государству, где алчные герои ценятся более, чем мундир храброго, который жертвует своей жизнью, здоровьем и имуществом в защиту отечества.
Вниз 
Вверх