О роли творческой интеллигенции в политике. Некоторые литераторы давно уже в качестве хобби в свободное от создания шедевров время дают советы политикам. Совершенно ничего в ней не смысля. Братцы, не обижайтесь. Политика – это другая профессия, ей нужно специально и долго учиться, нахрапом здесь не возьмешь. Как и в писательстве, разумеется. Бывают, конечно, гении, которые родились специалистами, но не бывает такого, чтобы гений в такой возвышенной сфере как литература был еще и гением в столь низменной профессии, как политик. Сказанное относится и к представителям иных свободных профессий - журналистам, музыкантам, университетским профессорам. Причем все эти люди последовательно занимают ультралевую нишу в политике. Ладно, садились бы сами в калошу со своими советами, наносили бы вред своим же единомышленникам – беда в том, что потом расхлебывать заваренную ими кашу приходится всему ни в чем не повинному народу. Явление это имеет давние корни. В глубокую историю вдаваться не будем. Самым известным гуру творческих анархистов был Лев Толстой. Со своей проповедью непризнания власти.
Зеркало русской революции был по сути ее вдохновителем. Как властитель умов, как авторитет, как грамотный человек той эпохи он несет всю меру ответственности за крушение России в 1917 году.
Толстому на старости лет взбрело в голову, что есть какой-то идеальный строй, отличный от существовавшего тогда в его стране, и нужно скоропостижно тот воображаемый им строй в России ввести, а система отношений, выработанная веками, безнравственна.
Он не только сам верил в эту ахинею, а вбивал в головы незрелой молодежи.
Вот вам наглядный пример преступной деятельности Л. Толстого на политическом поприще. Н.Н. Гусев в книге воспоминаний «Два года с Л.Н. Толстым» (М. ХЛ, 1973, стр. 224) пишет: «З.М. Гагина говорила о недавно прочитанной ею статье Льва Николаевича «Требование любви». Она сказала, что ее пугает и кажется недостижимой та крайняя степень отречения, которая проповедуется в этой статье. Лев Николаевич сказал на это: «Это-то нетрудно, а вот что трудно: когда сталкиваются разные любви, например, любовь к своим близким и к своей душе, вот что трудно». Об этом самом, о том, как поступать в таких случаях, когда сталкиваются разные любви, Лев Николаевич написал на днях большое письмо».
И примечание к этому на странице 414 цитируемой книги: "Ученица старшего класса московской гимназии К.Т. Разумникова написала Толстому о том, что она горячо сочувствует его взглядам, не знает, как устроить свою жизнь. Она понимает, что учение в казенной гимназии безнравственно, а получение казенного паспорта равносильно признанию существующего государственного строя (курсив мой – Ю.М.), но выход из гимназии и отказ от паспорта убьет ее родителей. Как быть?"
И что, вы думаете, ответил ей властитель умов? Мудрейший из россиян? Самый талантливый писатель 19 века? Думаете, он объяснил неопытной девочке, что та слишком буквально поняла его призывы, посоветовал не бросать школу, а учиться, получить паспорт и постараться служить своему народу в духе его, Толстого, идеалов, привить народу его, Льва Толстого, идеалы, и привести народ к пониманию необходимости новой жизни, нового устройства, вместе с народом быть в его страданиях и счастье? Нет, этот выживший из ума престарелый негодяй в ответном письме от 15 декабря 1908 года предложил избрать «то решение, при котором не нарушается, а проявляется наибольшая любовь». (ПСС, т. 78, стр 286-287)
К.Т. Разумниковой, видимо, лет 15-16. Этой юной неопытной душе предлагает стоящий на пороге смерти старик решить, какая любовь ей ближе, в каком случае проявляется наибольшая любовь – когда она идет по велению сердца (развращенного Толстым) или когда уступает природной тяге, любви к родителям.
И чем талантливее он был, чем выше был его авторитет среди русской интеллигенции, тем страшнее были его идеи, и тем успешнее он развращал народ, совращал его с пути истинного, который есть жизнь в ценностях народной морали.
Той девочке нужно доучиться, стать врачом или учительницей, или приобрести другую земную профессию – смотря по талантам: открыть кондитерскую, швейную мастерскую. Своим трудом обслуживать народ вокруг и получать у народа вознаграждение за труд – вот высочайшая нравственность, которой должен был учить человек, претендовавший на звание ходячей совести народа.
А не толкать на путь непризнания закона и власти. Толстой, по сути, толкал девочку на путь разбоя, называвшегося тогда революцией. История показывает, что раскачать лодку очень легко. И очень трудно потом вернуть равновесие.
Монархическая Россия медленно, но верно шла к большей либерализации – верхи двигались вместе с народом – ошибаясь, спотыкаясь, останавливаясь, иногда немного пятясь назад, сбиваясь с верного пути – но в целом вектор был верным. Главным в этом процессе было то, что верхи шли вместе с низами, вели их за собой, иногда позволяли вести себя. Речи не было о массовых казнях, репрессиях. Может, будущее России было в конституционной монархии, в которой роль царя сводилась постепенно к чисто представительской. Да, царизм был несовершенным. Но даже в том своем виде Россия была частью цивилизованного мира. Со свободой перемещения. Со свободной прессой. Была там цензура, но – карательная, не предупредительная. Карательная цензура стократно цивилизованней предупредительной, введенной Лениным через две недели после захвата власти. Россия тогда была страной с честной, нравственной экономикой.
(Второй необязательный экскурс: Пример честности в экономике: Николаю Второму не хватало денег на ведение войны с германцами, и этот самодержец не приказал своему Минфину поставить еще два станка и напечатать ассигнации, он понимал – или его советники понимали – что это грабеж народа – напечатать деньги, не имеющие покрытия в виде производства. Николай 2 пригласил к себе богатеев российских, произнес страстную, патриотическую речь, убедил их, и те выделили ему денег на ведение войны. А власть большевиков творила, что хотела, до самого последнего своего часа – печатала дензнаки в нужном ей количестве, погубила и без того больную экономику Советского Союза в конце 1980-начале 1990-х годов. (Что там творится сейчас – понятия не имею. Я уехал в 1992-м).
Толстой, доживи он до октябрьского захвата России бандитами, мог бы сказать, что не это он имел в виду (как сделал Плеханов, ужаснувшийся увиденным), но мы не примем его оправдания. Если ты властитель умов, двигаешь народной массой, ведешь, направляешь ее - ты должен предвидеть. Или не наряжайся в тогу пророка. Нельзя толкать страну вниз, надеясь, что она гладко скатится до долины обетованной, а потом оправдываться – мы-де не знали, что эта телега может соскользнуть в пропасть, наткнуться на скалу. Нельзя вести народ в светлое будущее по неизведанному пути, через глухие неизведанные леса, а потом оправдываться, что не подозревали, что на пути попадутся дикие звери, будут пропасти, ловушки, тупики… Будут миллионы погибших, будет развращена нация, будут поколеблены нравственные устои, бывшие достаточно высокими в русском народе тогда, когда творил свое черное дело Толстой. Примерно такие же упреки я могу бросить и другим российским интеллигентам той дореволюционной поры – Чехову, Горькому, Куприну. Прочитав пьесы Чехова о живущих в каком-то беспросветном тупике интеллигентах, его современница Анна Ахматова авторитетно заявила, что это поклеп, не было такого нытья в среде российской интеллигенции в начале 20 века.
Были, видимо, два лагеря в стане интеллигентов. Правые (меньшинство, как и водится), которые трудились на благо народа, честно выполняя свою миссию. И левые – симпатизировавшие Ленину и его террористам. Когда еще в 19 веке Ленину бросали упрек, что Союз за освобождение рабочего класса почему-то состоит в основном из нерабочих, он отвечал, что именно они, интеллигенты, должны внести в сознание рабочих революционные идеи, объяснив им, раскрыв им глаза на то, как плохо они на самом деле живут и как хорошо они будут жить потом.
И российская интеллигенция конца 19 – начала 20 веков вовсю старалась приблизить светлые сталинские годы. Тут было и чеховское нытье, и пафос Л.Толстого, который все никак не мог молчать (когда наказывали преступников), и горьковская война не на жизнь, а на смерть с ничего дурного не сделавшими мещанами – не говоря уже о Маяковском, все норовившем раздавать пощечины общественному вкусу - все это приближало роковой октябрь 17-го. Та катастрофа в России произошла не потому, что люди забыли гуманные призывы Толстого, а потому, что интеллигенты России, начитавшись позднего Толстого, принялись усиленно раскачивать лодку.
Была в моде фронда – против либеральничавшей монаршей власти, относившейся с непростительной терпимостью к оппозиции, власти, заигрывавшей с левой интеллигенцией.
Было бы счастьем для русского народа, если бы Толстого одернули, если бы воспитанных им революционеров казнили, не оглядываясь на его манифест "Не могу молчать".
Это Толстого с Чеховым и Горьким и иже с ними упрекает Александр Блок, свидетель "подвигов" пришедших к власти большевиков: «Вызвав из тьмы дух разрушения, нечестно говорить: это сделано не нами, а вот теми. Большевизм - неизбежный вывод всей работы интеллигенции на кафедрах, в редакциях, в подполье».
(Поэзия А. Блока начисто лишена юмора. Когда в середине 1970-х издали сборник юмористических стихов русских поэтов, у Блока нашли только одно, да и то назвать смешным можно было с огромной натяжкой, собственно, сатирической в ней была только одна строка – "с своей конституцией куцей". Но сразу после октябрьского переворота в своем дневнике Блок написал такое… Это была вершина сатиры и юмора того времени, направленная против власти большевиков. Зачем я об этом вспомнил – если вдруг мои оппоненты вздумают утверждать, что тогда не знали, к чему приведет власть социалистов; и Короленко тогда написал мудрые и пророческие вещи. Умные люди понимали все уже тогда).
Примечательна судьба великолепного российского писателя-юмориста Аркадия Аверченко. Царская фамилия любила его юмор, читала взапой его рассказы в "Сатириконе". Его пригласили на ужин в царский дворец – он гордо отказался и поведал о том всей читающей России. Западло ему было есть с ними за одним столом. Тираны же! Паясничая, кривляясь, он раскачивал заодно с гнилой интеллигенцией российскую лодку. Потом сбежал за границу, несчастная жертва результатов своей же деятельности, и умер в эмиграции с горя через несколько лет, не дописав там свою остроумную (но запоздалую) книгу "Дюжина ножей в спину революции".
Не зря перед самой революцией Игорь Северянин, встревоженный все растущей политизацией своих коллег, написал: «Поэт, поэт, совсем не дело ставать тебе поводырем!» По всей видимости, он напрямую обращался к будущим певцам революции - Владимиру Маяковскому и Сергею Есенину. Мало кто из поклонников Есенина, пользующегося напрасной славой мягколирического поэта, знает, что во время своих послереволюционных заграничных турне он неоднократно вступал в конфликт с властями тех европейских стран, потому что превращал свои поэтические вечера в политические митинги и призывал к немедленной мировой революции. "Небо – колокол, месяц – язык. Мать моя – Родина, я – большевик" – это его, сладкоголосого поэта России.
Великая русская литература 19 века – начала 20-го веков - великое несчастье русского народа. В советской России художники – слова, пера, кисти, кино и телекамеры – были достойными учениками Толстого и иже с ним. "Поэт в России больше чем поэт", - сказал как припечатал приговор советскому народу Евгений Евтушенко. Помните спектакль "Заседание парткома" (и фильм по той же пьесе "Премия")? Вот классический пример влезания писателя в чужую епархию. Люди, которые никогда не руководили даже маленькой пекарней, знают, как нужно управлять страной, дают советы, призывают, отдавать голоса, бросают свой авторитет творческого человека на чашу весов политической игры.
27.06.2011 в 10:54
Нарушение
(USMC)
Сообщений: 1710
Зачем вы вступили в группу коммунисты?
27.06.2011 в 17:12
"Патриот — это мужик, живущий в избе с соломенной крышей, но истово гордящийся тем, что у его барина самый высокий дом во всей волости."
Лучше впасть в нищету, голодать или красть, Чем в число блюдолизов презренных попасть. Лучше кости глодать, чем прельститься сластями За столом у мерзавцев, имеющих власть.
Нарушение
(XXVector)
Сообщений: 4830
Тэк, тэк.... кто-то хотит всем инeтом рулить......
>Ну зачем бить, дорогуша? >Можно же просто блокировать.
Попробуй.
01.07.2011 в 02:35
Нарушение
(XXVector)
Сообщений: 4830
.
Последняя модификация :05:41 01-07 Внес изменения: XXVector
01.07.2011 в 02:52
Нарушение
(XXVector)
Сообщений: 4830
Всё равно ещё встретимся и своё получишь.
Кста, не хочешь попробовать народу доказать, что ты на самом деле красивая дэффка, а не толстый , противный и жрирный мужик... ты пока попробуй, а я посплю, немного, какбэ. ....
>А ты зачем споришь то со всеми , а потом еще и вывешиваешь? На тебя и так навесят и именно как на проигравшую, не волнуйся.)))))))))
Очень много глубоких мыслей, только не понятно о чём)))) Хлыст не поможет ... Постараюсь помочь., звоню..
Последняя модификация :03:24 01-07 Внес изменения: Fear63
01.07.2011 в 03:22
Лучше впасть в нищету, голодать или красть, Чем в число блюдолизов презренных попасть. Лучше кости глодать, чем прельститься сластями За столом у мерзавцев, имеющих власть.
Вниз 
.
Вверх