Материал разместил (wwwww), 29.09.2011 в 07:48 .Статья №1
Между разумом и реальностью всегда стояла стена, которую в некотором приближении можно назвать «пониманием», хотя это и не совсем точно. Понимание всегда относительно, не полно а сверх того ещё и субъективно. Почему же «понимание» не точно отражает смысл упомянутой преграды или, если угодно, завесы? Потому, что эта завеса несёт в себе кроме собственно непонимания ещё и неприятие или точнее, непризнание. Ведь мало только понять феномен, его ещё надо признать, а это бывает куда сложнее, чем просто установить смысловую составляющую. Боже мой — как трудно, а подчас и невозможно нам признавать чужую правоту в пику своей собственной!!! И это касается даже вполне научных проблем, а что уж говорить о вещах житейских, оценочных?! Ну, попробуйте доказать дураку, что он дурак и вы будете посрамлены и ошельмованы. А паче того, на вас ополчится общественное мнение, особенно, если дурак занимает хоть сколько-нибудь заметную ступень в общественной иерархии или просто популярен у населения… да хоть бы и в качестве дурака.))) При том, что дураки не всегда агрессивны и среди них бывают люди чрезвычайно мягкие и уступчивые. Они даже могут согласиться с вами, но исключительно из вежливости. Одно время я полагал, что глупость имеет в своей основе примат убеждённости над пониманием. То есть, если человека легче убедить в чём-либо, пусть даже и шулерскими приёмами, нежели доказать ему то же самое, но разумными доводами, то перед вами классический дурак. Со временем эту формулу пришлось подвергнуть ревизии. Феноменология глупости оказалась куда как сложнее простых рецептов. Глупость настолько вездесуща, а кроме того настолько срослась с обычным поведением человека, что даже не воспринимается как порок, а только как досадная непомытость в некоторых местах. То есть вроде бы и следовало почистить, но можно и так.) Другое дело, когда мы сталкиваемся с влиянием глупости на нашу повседневность. Тут отношение уже гораздо менее терпимое. Мало того, что последствия весьма ощутимы, но к всеобщей досаде примешивается ещё и негодование: – «Да как же можно быть таким дураком?!!» И это не смотря на то, что случись у нас та же ситуация, то мы бы, возможно, повели себя ещё глупее. Следует ли говорить о всяком влиянии глупости, как о тирании? Сомнительно. То есть, как метафора, слово «тирания» звучит и звонко и грозно. Однако в целом тут всё зависит от последствий. Дурак в чулане способен разве что поджечь чулан. Дурак-президент, при случае, может развалить страну. Правда, в зависимости от масштабов бедствия, отношение к дураку заметно меняется. Если уж ему удалось устроить вселенский какой-нибудь пожар или массовое кровопролитие, то какой же он дурак?! Особенно если речь идёт не о массовом дураке, то есть не о компании придурков, дорвавшейся до власти, а именно о персональном дураке, самочинно определившем цели и способы и воплотившем всё это со свойственной ему дурной энергией. Таким дуракам ставят памятники. Их хоронят в пантеонах и потом ещё очень долго спорят - так дурак он был на самом деле или наоборот, очень даже умный? Это неважно, что всё созижденное дураком, вскоре, по меткому выражению Салтыкова-Щедрина, «грохнется, наполнив вселенную пылью и мусором». Дураков никогда не интересовал результат. Их завораживает само действо. Им уже одного того достаточно, что перед ними всё крутится, громыхает, шкрябает и проносится мимо. Дурак и сам не статичен… То есть он может быть и весьма ленив, но даже лёжа на атаманке в сонной полудрёме, в голове его роятся прожекты один дурнее другого. Более всего ему мечтается, что вот он таков, что за какое бы дело не возьмись – всюду у него полный успех! И всякий талант человеческий на то только и приспособлен, чтобы восторженнее оценить его, дураковы почины.
Человеческий мир не то, чтобы полон дураками. Они его кровь и лимфа! Они связующее звено всех со всеми. Где бы что не произошло – тут же набежит стая дураков и вместо одного компетентного мнения набросает сотни – одно нелепее другого и надо быть воистину мудрецом, чтобы выбраться из этого болота не утеряв путеводную нить. Дурак-сын, не находя никаких оправданий своей дурости, объясняет отцу, что на самом деле это мир изменился, а тот ничего в нём не понимает. А вот он, дурак, понимает и живёт по-современному… То есть ходит к ####ям и колется…. Дурак-критик объясняет изделие дурака-режиссёра необыкновенно талантливым новаторством, особенно в той сцене, где мавр не душит Дездемону на ложе, а забивает её насмерть табуреткой в общественном туалете.
Дураки оказались настолько вездесущи, что инженерная мысль теперь озабочена тем, чтобы поставить везде, где только можно, защиту от дураков. На поездах и самолётах, на атомных станциях и в космических кораблях есть защита от дураков. И не где-нибудь в вагоне или в пассажирском салоне, не в проходной или на заднем дворе, где наверняка найдутся дураки. Нет! Защита стоит в рубке пилота; она вмонтирована в пульт управления агрегатом или соплами космического корабля. Это защита от самих космонавтов и инженеров атомной станции!!! Неужели и они дураки?! Иногда да. И даже такие, что никакая защита от них не помогает. А с чего бы иначе взрываться Чернобыльской станции?! Но это дурацкая элита. Это верхушка айсберга, которую всегда можно при случае вразумить или надавать по рукам. Но ведь и они не сами по себе. Они зиждутся на огромной массе дураков, с которой уже никак не совладать. Она движется своим собственным весом, неповоротливая, бесформенная и совершенно невосприимчивая к увещеваниям. Три четверти её составляют откровенные бездельники, что в принципе внушает некоторый оптимизм. Это вся та дрянь, от «золотой» молодёжи резвящейся на модных тусовках, до бомжей слоняющихся по улицам... Помилуйте! Всякая тварь «скачет на ногах своих» не просто так, а по какому-нибудь делу. Даже лев – царь зверей, уж на что животное недалёкое, но, насытивши утробу, если не ебёца, то, по крайней мере, отдыхает. Жизненная энергия не даётся настолько легко, чтобы её можно было тратить на бесцельное скакание вокруг пальмы. Человек же только этим подчас и занимается. А вы замечаете, насколько глупеют животные, пожившие рядом с человеком?! Все эти куры, которые насыпанное им зерно не столько склюют сколько вокруг разбросают. Коровы, которые в сравнении со своими лесными предками вообще похожи на имбецилов. Кошки в тайне от хозяев ещё кое-как пытаются мышковать, а уже собаки совершенно испаскудились. В уютный сквер под моими окнами повадилась прибегать собака. Она приходит каждое утро и гавкает там целый день с короткими перерывами. Вечером она куда-то убирается, чтобы на утро вернутся и гавкать. Я понимаю эту собаку. Никто не научил её, что ей нужно делать, а сама она ничего полезного придумать не может и поэтому занимается тем, что у неё легче всего получается. Милые мои, так ведь она только берёт с нас пример!)))
Можно ли всё это назвать тиранией глупости? Сомнительно…Эдак можно договориться до тирании водки или тирании еды (для привыкших обжираться на сон грядущий). Вспоминается один случай. Не старый ещё человек лег в больницу с тяжелейшим панкреатитом. Хирурги сделали невозможное. Они добрались до поджелудочной, иссекли омертвевшие ткани, как-то там химичили десять часов и вытянули человека с того света. Сёстры выходили его в реанимации и вскоре он был переведён в общую палату на девятый стол. В воскресный день пришел проведать его дядька родной. Принёс бутылку водки и уговорил отметить выздоровление… К вечеру поджелудочная полностью перешла в гной, а утром больной скончался. Ну и где тут тирания? Даже и более того – водку можно отнять и запереть в шкаф. А куда запереть дурака? Особенно, если он живёт в тебе самом? Это ведь не вирус какой-нибудь! Не вредный солитёр…Мы сами его холим, лелеем и выдвигаем впереди себя, в тайне надеясь на его дурацкое счастье. Мы уже запутались в понятиях! Мы путаем весёлость с дурашливостью, деловитость с суетливостью, оптимизм с беспечностью… Даже сами границы между добром и злом, талантом и бездарностью, красотой и уродством затёрты дураками; и пресловутым «правом на существование» мы готовы признать то, что вообще никаких прав иметь не может. И дураки побеждают, но не потому, что они сильны, а потому, что в нас уже давно поселился страх – а вдруг, борясь с глупостью, я борюсь с самим собой?! Каковы будут плоды моей победы? Что, если я окажусь в положении того матерщинника, который лишился речи после того, как гипнотизёры заставили его забыть все бранные слова? Нет ответа… Возможно, человечество когда-нибудь изживёт глупость, как человеческий зародыш изживает свои жабры. Избавимся ли мы тем самым от вечной нашей тирании? Останемся ли довольны? И не сменится ли тирания глупости тиранией ума?
Материал разместил (wwwww)